alta_voce: (Default)
Во Франции вдоль дорог и на прилегающих пустырях бодро возрастает вереск и цветет всегда. Я говорила «вересковые пустоши», больше так говорить не буду, потому что увидела настоящие. Пусть вереск и не цвел.

Этот пейзаж до сих пор стоит перед глазами и будет стоять до скончания века, потому что он не из тех, что можно забыть.

Обуздать такое сложно – распахать, выстроить города. И продраться сквозь такое сложно, если не по тропе.

Автодорога, ведущая через это царство дикости, очень узка и не только серпантинна (что естественно), но и крута. Знаки предупреждают о 33,3 градусах уклона – это, наверное, какой-то допустимый максимум, но ощущается на все 45. И оно же еще и крутит, и узкое, и руль же правый! На корейской мини-машинке было сложновато.

Ко всей палитре цветов добавлена вся амплитуда температур. Стоит забраться на всего-то 300-метровый холм, холодный вихрь пронизывает насквозь, оглушает и ослепляет. А десятью метрами ниже, под солнцем, тепло.

Английские пасторальные пейзажи погружают в состояние светлой задумчивости и одновременно бодрят. Но здесь никакой пасторальки – дикость и преодоление.
Следует признать, лесные или деревенские пейзажи умеренной полосы – русские, польские, немецкие, да и швейцарские частенько, погружют меня в тоску, а не благодать. А вот английские, при той же практически растительности, радуют. А также ирландские и бретонские. Энигма!

Картинок, к сожалению, предъявить толком не могу. Паркингов с обзором практически нет, а с дороги – см. выше. Достовернее представить пейзаж можно явившись лично или хотя бы запустив поиск по картинкам на «yorkshire moors».




Read more... )
alta_voce: (Default)
Прогулка по городу начинается с живописных руин, рисованных Тернером и чуть ли не всеми детьми семейства Мур (о них позже). Любуюсь, попутно соображая, что в отдаленные от города аббатства (разумеется, в руинах) можно и не ехать. Птичка живописных руин н эру поездку уверенно выставлена.





В парке все в цвету. Что именно - не знаю. Это не сирень, что это?
Read more... )
alta_voce: (Default)
Самый большой храм в северной Англии (хотя линкольский показался массивнее) и уж точно второй по значимости после Кентерберри просто потому, что не победил в схватке двух церковных монстров.

Храм здесь был всегда после Константина (раз он Минстер, значит играл важную роль в англо-саксонский период), но и разрухи хватало. Гильем наш Бастард, он же Завоеватель, посадил здесь епископом Тома из Байё, который все отстроил заново, но, вот беда, не выдержал конкурренции с Кентерберри. Гильем, к слову, был весьма неглуп также и в общении в церковью: пусть попы из кожи вон лезут друг перед другом, а меня оба благословляют и не трогают.

Тома из Байё - фигура неясная. Известно только, что он возрастал в упомянутом Байё под крылышком Одона из Байё же (он-то вроде бы и заказал вышиванку) - единоутробного младшего брата Завоевателя. Последнему, когда он пошел походом на остров (туристом он бывал там много раз), было 40 или меньше. Соответственно, его братьям – еще меньше, а птенцу гнезда - по логике, еще-еще меньше. С другой стороны, минимальный возраст для того, чтобы занять епископскую должность, полагался в 30 лет. Как бы то ни было, новый архиепископ все отстроил по высшему норманнскому разряду.

Нынешняя готика, разумеется, немножко другое строение, но наваянное поверх имеющегося. В 60-70 гг. XX века готическое строение стало выказывать признаки усталости, и под вскрытыми стенами и полами показались не только солидные части Гильемовой базилики, но и фундаменты римских бараков, поверх которых, наискосок, сооружен храм.

Сегодня храм, со всеми его слоями, наполовину превращен в музей. Чтобы войти внутрь, нужно заплатить солидную мзду. Это, правда, плата за год, вроде абонемента. Но я подобное воспринимаю как визуальную индульгенцию: раз уж берут деньги, то и фотографировать – не грех. (Если, конечно, не запрещено официально как, допустим – запретивших бы в ад – в Вестминстере.) Эта громада, конечно, в кадр все равно не лезет, но пересмотрим что есть.



Очень готичен. Узнаваем простором и огромными окнами, что снаружи, что изнутри.





The King's screen. Read more... )
alta_voce: (Default)
Вот печать города Нью-Йорк: Sigillum Civitatis Novi Eboraci.



С точки зрения русского языка, название просто роскошно, с других точек зрения – исторически поучительно, как минимум. Из печати слова не выкинешь. Никакого Нового Амстердама уже не будет.Мы же поговорим о старом Еборакуме, в который меня недавно занесло весьма убедительными ветрами.

Нужны ли полевые исследования? С одной стороны, без них, как будто, можно обойтись, сиди себе в кабинете и соображай. Уже сказано, вполне кабинетно, про Brontë Parsonage как эпицентр современной литературы. Но литература – лишь пинок в общецивилизационную сторону. Инспекция местности показала, что все еще серьезнее, чем представлялось на расстоянии. Здесь центр и истоки современной европейской цивилизации – такой, какая уж сложилась.

Полностью обосновать подобные выводы невозможно, ибо в таких случаях вывод, понимание достигается откровением и предшествует обоснованию, набору фактов, успокаивающему на тему, что вывод – не бред, а истина, и тебя вели локальные гении, чтобы ты поведал их значение миру, а если мир не хочет слушать – это его проблемы, а не твои и не духов. Пазл размашист, едва намечен на пестрой куче фактов, но все-таки прекрасно складывается и приносит радость: не зря несет тебя/меня и в эту даль, еще одна важная структура разгадана.

Попробую все-таки бегло перечислить несколько фактов, убедивших лично меня в том, что априорный литературный вывод можно и нужно экстраполировать на общежитейские цивилизационные схемы. Йорк – небольшой провинциальный город, вынужденные жители сетуют на захолустность. Почему же именно он – центр, а не одна столиц, допустим? Тонкость в том, что он и есть столица, да еще и дважды, если вернуться к началу текста, т.е. к печати. Вряд ли нужно доказывать, что НЙ – одна из очевидных мировых столиц.

Город Еборакум был главным римским городом на острове. Здесь провозглашен императором Константин Великий. Если бы да кабы так не вышло, мир явно был бы другим. Почему именно здесь расположились римляне? – видимо, просто из практически-стратегических соображений, хотя племена тут обретались интересные, возможно, стоит копнуть поглубже именно в этом месте, и откроется
Что же касается последующих слоев, Йоркский собор взгроможден поверх ровной сетки римских улиц. Не вдоль, не поперек, а по диагонали, пересекая прошлое и глядя на Иерусалим
.
Кстати, насчет Иерусалима. Культ св. Елены тоже пошел вроде бы из Еборакума. По крайней мере, так утверждают местные источники, хотя достоверно не известно, бывала ли она на острове. Но тот факт, что ее упоминает Гальфрид Монмутский как дочь кого-то из местных вождей, мне кажется, опосредованно доказывает, что да, была, или же подверглась усиленной инвокации. Если бы сын этой конкубины не стал императором, а она – Августой, то ее неомиссионерская деятельность не принял бы такой размах, христианство было бы другим. Если было бы.

Можно не любить этот остров, его огромную проекцию на западо-восток – континент Америку и диковатую лингва-франка, возникшую из странных, занесенных на остров обломков, среди которых совсем не много SPQR-проблесков. Но вот энергия и преемственность именно такова. Один император пошел от св. Елены, другой – ею закончил, подписав приговор сразу многому. Хотим мы этого или нет, но мы в стороне, а вот он центр, какие-то духи так распорядились, какие-то люди исполнили. Строить бывает скучно, а наблюдать – интересно.

Константин на фоне Йоркского собора ухмыляется и грезит о Босфоре.




Церковь св. Елены - по преданию первая в мире церковь, посвященная матери Константина



Церковь св. Елены на картинке с по-настоящему китайской мобилы, обеспечивающей замечательный ретро-флер. Сейчас вот обнаружила камеру в кадре. Она глядит, мы тоже. Кто как умеет.



Продолжение следует
alta_voce: (Default)
Инфернальненький период, начавшийся в марте, оказывается, был вполне предусмотрен гороскопом. О таком сообщается постфактум, чтобы адепт не умер от инфаркта в предвкушении. Досталось, мол, тебе, дорогой Рак, так что никакие панцири не защитили. Но теперь планеты сдвинулись/повернулись, и все будет хорошо. С одной стороны, неплохо бы. С другой стороны, атака злобных бесов была слишком серьезной, последствия будут выплывать еще долго. С третьей стороны, где сон? - повторю за юным Новалисом и юной собой - где явь?



Попала в Берлине на первомайскую демонстрацию. С воздушного корабля и под советские танки. Толпа напряженно радуется, пьет и ест. Объясняю немецкого зятю, что неприятно напоминает, на фоне танков-то, но есть существенное отличие: танки были, флаги были, но колбасы не было.



Еще восточнее. Сестра переводит второй польский роман, ну и я тоже немножко смотрю. Действие происходит на крайнем востоке - в польской Белоруссии. После войны были погромы, в которых погибла бабушка автора, потому что белорусское происхождение ассоциировалось с коммунистическими привязанностями. Это, конечно, неприятно. И за поляков стыдно, и картина размазана. Но если где-то искать предположительно (не)существующие белорусские язык и культуру, то, похоже, вот там.

Между делом случился смутный юбилей - ровно 10 лет в шарашке. То ли радоваться, то ли плакать. Продаваясь в это рабство, я знала, что пару лет протяну, а вот больше четырех - вряд ли. Застарелое насилие над собой не проходит просто так. А там и возраст приближался, в котором умерли родители, и все эти гены я несу как миленькая. Я сознательно на это пошла, потому что таковы были обстоятельства. И вот, 10 лет. И плоть опять не та, к которой можно допускать аллопатов, хотя такие издевательства неизбежно вышвыривают в телесность. Все это очень странно, и выводы делать пока рано. Но решение было правильным. Это несомненная победа.

В конце жизни белые коты становятся не просто антропоморфны, они напоминают - размером, весом, цветом кожи из-под выпадающей шерсти - человеческих новорожденных младенцев. Их носишь на руках, они смотрят на тебя взглядом, в котором все. И ты не знаешь, помогаешь или мешаешь, удерживая в этом теле, успевшем состариться, пока сам ты не слишком-то изменился. Остается порадоваться, что переход будет естественным.
alta_voce: (Schreibmaschine von Hesse)
Originally posted by [livejournal.com profile] alta_voce at О - Haux, в недрах культурного наследия
Когда долго живешь на одном месте, все туристское, полутуристкое и почти не туристское в какой-то момент заканчивается. Наступает время ловли жемчуга в захолустье. И он находится!

Про деревню О в путеводителях ничего нет. Историческая ее часть - бург - с дороги не видна, то есть шансов попасть случайно не много. Но большой список исторического наследия и укрощенный GPS в конце концов приводят куда надо.

Церковь св. Мартина, XI в. Перестраивалась, конечно, позже, но умеренно. Две ложные арки погребены, к сожалению, под более поздними слоями, но и то, что осталось, впечатляет.



Портал в деталях )
alta_voce: (Schreibmaschine von Hesse)
Сегодня в шарашке раздалась пожарная тревога. Ладно, выходим по винтовой, воскуриваем, чтобы уж подкрепить, как случайно оказавшаяся рядом коллега заявляет: "О, а ты тут?! Говорят, что ты заболела, и тебя не будет целый месяц".

О том, какими путями идут слухи и насколько они достоверны, уже все сказано. Я же усмехнулась и уверила коллегу в том, что а) не дождетесь и б) я-таки предупредила, что в январе меня не будет почти целый месяц, потому что я еду в Индию.

Коллега неожиданно спрашивает: "Куда в Индию?" Такие вопросы обычно не задаются, потому что, в сознании обывателя, Индия - большая черная недифференцируемая дыра. "Мадрас, - отвечаю, - туда-сюда. А у тебя есть опыт?" - "Нет, - говорит, - но надо бы. Мой друг живет в... Ауровиле." Ну что ж, сапиенти сат, для прочих найду свои путевые заметки позже.

Но когда до обитателя крошечной утопии на краю света одно французское лобызание в щечку - это все-таки сильно.
alta_voce: (Schreibmaschine von Hesse)
Начало

Итак, что можно показать вместо настоящего голема? Все, что его напоминает!

Разумеется, в залах собраны все сувенирными големы, какие бывают – маленькие и безопасные. Это база, через нее быстро проскакиваешь. Сюда же попадают и разные игрушечные фигурки, при создании которых не обязательно было соотноситься с «Сефер Йецира» - пластиковые роботы и прочие шпиль-гуманоиды.



Голема, если не ошибаюсь, делают, когда нужна безмозглая покорная сила. Именно поэтому на выставке оказался экспонат-шапка: голем – на престоле (тогда еще не), творцы или те, кто вместо них – околпачены.



Красивые книги, в которых предположительно написано, как делать голема.
Read more... )

Голем

Nov. 20th, 2016 02:36 am
alta_voce: (Default)
Сходила в Берлине на выставку в Еврейском музее. Разумеется, было сложно надеяться на чудо, т.е. на живо-мертвого голема, доставленного из Старо-новой авиапочтой, или даже просто на какую принципиально новую информацию. На такие выставки ходят с медитативными целями: тема интересная, из основополагающих, можно сказать, почему бы над ней не поразмышлять пару часов на фоне того, что покажут. (Были у меня и личные тайные цели, но какие именно – не скажу, скажу просто: были, второй слой, параллельная реальность, пересечение на бесконечности.)

Новая для меня мысль, не связанная собственно с темой выставки: искусство составления выставок – это-таки искусство.

Эффектно расположить экспонаты, где надо подсветить едким светом, где надо – затемнить и пустить видео, лозунги типа «Доппельгенгер» - броскими буквами на стену, и достигается эффект современного искусства – заполнить пространство и побыстрее, зашвырять его акрилом, проволокой, изваять такого колосса, которому некуда будет падать. В таком способе подачи материала сам материал уже не имеет особенного значения, очевидное зомбирование погружает в поверхностный транс (мы же не лыком, но Локком), ну так и что ж: выбеленные залы со скучными плакатами по стенам – давно уже «фу», нужно поспешать за эпохой. В этом смысле баланс, найденный устроителями выставки, между вечностью или хотя бы глубокой историчностью темы и гипер-современным и в хорошем смысле глобалистским способом подачи, так вот баланс этот безупречен.

Здесь следует помнить не только о теме, но и о месте – все-таки специфическом. И опять браво устроителям: локальная иудейская выставка распространяется до бесконечности вполне гойского, не побоюсь этого слова, космоса. Големами, то есть искусственными людьми или людьми бездушными, анимированными, но без анимы, прошита вся глобальная цивилизация, а пошло все от Адама, сотворенного как голем.

Кроме прочего, это правильный подход, мне кажется, к известному вопросу: не замыкаться в гетто, не дистанцироваться и, тем более, не вопить о превосходстве, а исподволь показывать вот эту структуру как естественную и основополагающую часть целого.

Макет голема от Ники де Сен-Фалль из Иерусалима



Продолжение, возможно, следует.

Лурд

Oct. 9th, 2016 10:54 pm
alta_voce: (clef de voûte)
Дух способен прорваться из случайных дыр, расщелин. И все-таки подходящих эстетически.
Начало – грубая база из крепкого камня.
Насколько полет будет высок, а падение низко – не важно. Китчевый товар в религиозных лавках не есть падение. Религиозные символы не должны быть дорогими. Напротив.
Скала обтесана только всемирным потопом, пещеры идеальны. Тонкие веточки свисают – растения сумели вырасти на камне, и никто не будет их охаживать секатором и обклеивать блестками.
Что касается базилики и прочих сакральных строений – я боялась, будет хуже. Это совсем не диснейленд. Все сделано честно, стильно, на века. Достойный средний слой, отделяющий камень грота от мишуры сувенирных лавок.



Общий смысл подобных мест раскрыт в одном известном романе, и я не имею в виду Золя. Резюме в двух словах: все дело в концентрации. (Сверх)естественна ли концентрация или нагромождена ловкими попами на пустом месте – это не так важно. Однажды возникнув, она останется здесь. Если и не навсегда, то очень надолго.
Даже если представление затеяли, по теории мадам Б., низшие развоплощенные духи, мимикрировав под Марию – такую, как она представляется католикам, не всегда умеющим отличить своих от чужих, при всей строгости процедур верификации. Католицизм естественным образом склонен к эвокации. Даже если изначально явления представляли нечто чуждое, сегодня они поглощены и стали частью целого. Проекция не должна быть тождественна оригиналу, у истины и у богов – множество лиц и личин – это следовало бы понимать тем, кто считает себя мистиками. Даже здесь, в недрах от недр грота, истина наматывается кольцами.

Интерлюдия
Индеец-гид в Мексике слышал, что во Франции есть нечто аналогичное Гвадалупе, но был очень поражен, узнав, что Гвадалупа случилась гораздо раньше. Конечно, все старосветское должно быть старше.

История места коротка и печальна. По этому поводу можно почитать – здесь хотя бы и Золя – и посокрушаться над несчастной судьбой пастушки Бернадетты, заживо похороненной в монастыре, замертво растащенной по мощам.


Ночная процессия со свечами в бумажных стаканчиках специальной формы: в долине свищет ветер, как обычно.
Действо впечатляет. Клир и мир смешаны. Все идут в единой процессии. Языки смешаны, цвета. В процессии движутся люди, которые могут идти, люди, которые могут сидеть, люди, которые могут только лежать, но, возможно, летят.


Поставить свечку в базилике и многочисленных часовнях невозможно. Для свеч отведено огражденное пространство снаружи, видом, запахом и духом напоминающее погребальный гат в Бенаресе. Любой огонь зажигается во славу всех святых.

Вперед, вперед! Но осторожно - очень много картинок )

Лурд (лавки и отели) Read more... )


Лурд (прочий город) в картинках
Read more... )

Ночное шествие со свечами Read more... )

Дом Бернадетты не так уж убог Read more... )
alta_voce: (Default)
Самая впечатляющая из италианских руин, не исключая Помпей и Геркуланума. Красивейшие заброшенные палаццо. Половина домов старого города необитаема. Где-то двери забиты досками, а где-то и так не откроются, подпираемые изнутри грудами мусора.

На готовых отвалиться балконах кое-где сидят донны и не помещаются. Полдонны – на балконе, вторая половина – в недрах казы. Те донны, которые бы поместились, на балконах не сидят, а носятся по улицам за своими бамбини.

Это один из важнейших центров Великой Греции. Основан Тараном, сыном Посейдона. В память о последнем стоят две дорические колонны, которые не так легко локализовать сквозь солнечный цвет и поднебесный хаос.

Здесь, раз уж гуляется по французским путеводителям, умер Шодерло де Лакло. Бедный буржуа во дворянстве, вырвавший у псевдо-верхнего мира его альковные тайны и умерший от дизентерии, что ли, в неинтересной ему глуши.
Шодерло был бонапартистом, и могилу его разорили верные слуги Бурбонов. Но нам нужно не кладбище, нам нужна модель мира, и она здесь есть.

Там где нет разрухи - есть промышленность, коей загажены морские горизонты.



Там, где разруха обуздана, получается стандартный urban decay на итальянский лад.



За мной, в трущобы! )
alta_voce: (Schreibmaschine von Hesse)
Очень праздничный город и своеобычный. Ощущение бесконечности присутствует (город существует чуть ли не с дотроянских времен), но оно легко, как и духи места, несмотря на серьезность истории.


Архитектура, не только итальянская, следует натуре: если поблизости много камня, пестроты в городе будет мало. Камень слишком благороден, чтобы его штукатурить и красить. Таковы Иерусалим, Париж, Бордо, и Лечче - такой же.


Pietra leccese - мягкого желтоватого оттенка, под солнцем сияет золотом. Камень легкий в обработке, хрупкий. Барокко ведет себя по-южно-итальянски, фантастически преображаясь от ветра, времени, взгляда.

Римский слой


гулять )
alta_voce: (Default)
16 июня

Топоним происходит от слова "гидра" и, действительно, вода повсюду.



В кафедрале - рециклированные языческие колонны, ослепительно прекрасные напольные мозаики и богатые числом черепа - срубленные головы несогласных обратиться на восток горожан. В 2013 г. все они канонизированы, что заставляет размышлять, чем они занимались между усекновением голов и канонизацией.

Последний оплот Византии и сохранилась византийская церковь - маленькая и запрятанная в лабиринте улиц.

Дополнительный слой: Отранто - место действия первого готического романа (англ., рус.)

Арагонский замок, место действия романа.



картинок )
alta_voce: (Default)
16 июня

Приятно, когда люди живут своей локальной жизнью, не ориентируясь на всемирные масс-медиа, не имея гиперамбиций, не стремясь попасть в историю. Но когда это происходит в центре мира, возникают очень двойственные va et vient чувства.

Две девушки, явные сестры. Не как с греческих ваз, напротив: вазы с них. Носы такой длины и орлиности, что расположение глаз уже не важно – все как на вазах.

Современный пеплос – это драные вдребезги джинсы. У той, у которой нос чуть длиннее, дырок чуть больше.

alta_voce: (Default)
15 июня

Рыжий котик Фокаччио прибился к дому, требует еды. И получает свежекупленные крокеты местной марки. Свезло так свезло. Мурлычет на поленнице. Но мы уедем уже скоро. Он опять останется на красных холмах, где растут только оливы и фиги, где нет даже воды. Стоило ли приручать? Сегодня он выжил.

Как-то так и нужно жить: постоянно, смотреть на море сквозь ветви олив. Такие мгновения легче размазывать на вечность. Что не значит, конечно, что недозволенное счастье не нужно хватать урывками, избегая моментов когда под руками какой-то текст, или младенец Виттория (una bellissima bambina italiana) резвится на руках.

Море, склон, конь, олива, красная сумка и - найди кота!
alta_voce: (Default)
Два маленьких городка неподалеку от Левки. Не обошлось без разочарования - ничего особенного. Теперь смотрю - все верно, Италия она и есть Италия.

Спеккия. Palazzo Protonobile. Ни души. Ни нобилей, ни черни.



Read more... )
alta_voce: (Default)
13 июня

Кали Полис, прекрасный город греков и сегодня вовсе не плох и существует в своих исторических пределах, потому что это остров, соединенный с континентом мостом.

Особых древностей здесь нет, но пейзаж хорош и, как уже сказано, время здесь идет быстрее.

Кастелло ,порт, вода



город и море, расслабленно )
alta_voce: (Schreibmaschine von Hesse)
12 июня
Санта Мария ди Леука
Trecaso

Гранатовое мороженое в кофейной чашечке (espressino freddo), забытый апельсин за каменным забором (вырос со стороны улицы, а не сада). Ветер, омнипресентная соль. Край земли.
Здания 17-18 вв. выглядят как тысячелетние. Время движется быстрее.
Каблук, который пытались отломить сарацины. Местами (пре)успевали обратить насильно в ислам.

Кажется, удалось смириться с барокко – немыслимый поворот. Местное, суровое барокко из слабого, податливого местного камня, покрытое естественными ранами-узорами, гораздо причудливее предусмотренных стилем завитков, явно впитало и византийскую коварную изначальность, и еще много местных доримских, догречесих поворотов. На этом фоне некая сусальность интерьера выглядит как отдых для глаз, стабилизация, не-упадок.



край земли многолик )
alta_voce: (Default)
11 июня

Наконец приземляемся в аэропорту им. Кароля Войтылы (sic!)
Долго едем в Той Йоте по штопаной дороге. Но день по июньски просторен; море все еще прекрасно видно поверх пиний и, хвала Церере, олив. Самый низ каблука, его великогреческая набойка. Здесь край империи – настоящий, официальный. Многие вещи показательнее именно на границах. Глухая провинция есть иллюзия.

Я не знаю, что у меня в ДНК, догадываюсь, что очень много чего. Новомодные теории – следуй, мол, за своими генами, и будет тебе могучее физическое и ментальное здоровье – радуют кондовой правильностью, но и цивилизационная, приобретенная или инкарнированная наследственность очень важна. Она есть не у всех, она накапливается от воплощения к воплощению, если не происходит зануления, если удается пойти вперед, если тебя не распыляют за бесчувственность и слепоту.

alta_voce: (alienor)
10 июня

Дорога предстояла долгая (рейс был из Пари-Бове), но образ круглой красивой пиццы вел за собой. Нет, конечно, в Италию ездим не за этим, но в день путешествия – это и причастие, и то единственное, на что остаются силы. Так получилось, что пицца на нас свалилась гораздо раньше, чем планировалось. Буквально прихлопнула по голове.

Из всех актуальных французских бесчинств мы не поймали только наводнение.

Было:
- манифестации на рельсах перед нашим поездом: одна в Пуатье, а другая в Шательро;
- подозрительный объект в метро (подрала сумку на неработающем эскалаторе, выбираясь со станции);
- пробка перед носом такси, рядом с федерацией футбола. Таксист: «что ж вы хотите, вы же знаете, что за день» (начало чемпионата), но нет, то была авария с составлением соответствующих страховочных документов посреди дороги;
- хотя футбол, конечно, чувствовался;
- пробка перед левым поворотом на входе автобусной остановки в сторону Бове.

Все бы ничего, если бы рейс не перенесли на 15 минут вперед.

Когда мы сели в пиццерии (отменить один отель, заказать другой, перенести резервацию машины и пр.), самолет еще был на земле. Но когда подали пиццу, уже, видимо, взлетел. Странно было смотреть на пассажиров, успевающих на другие рейсы.
Город Бове оказался не вполне пуст, несмотря на бомбежку 1940 года. Смысл ночевки в нем, кажется, свелся к тому, чтобы взглянуть на бородатую распятую святую. Почему ее почитают в этой глухомани? Нет ответа.
Другая святая тоже порадовала. Мощи ея знатно защитили город во время осады города Бове какими-то злобными соседями. А действовала святая посредством горожанки по имени Jeanne Hachette – Жанна Топорик. Не совсем понятно, фамилия это или прозвище, но враги были порублены в щепки.

Grosso modo, денек получился бы забавный, если бы не беготня, потеря денег и грипп в расцвете.

Так выглядело начало прогулки, гармонирующее со всем происшедшим в первой половине дня.



подробно гулять по Бове, раз уж такое дело - не без неожиданностей! )

Кажется, чуть ли не вывалившись из самолета, мы попали в идеальный, тайный матриархальный мир, припудренный для маскировки, а не для кокетства ради.


Спасибо за долготерпение.



А еще в городе есть лепрозорий. Навестим, когда застрянем в следующий раз.

Profile

alta_voce: (Default)
alta_voce

September 2017

S M T W T F S
      12
34 5678 9
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 02:37 pm
Powered by Dreamwidth Studios