ОМ, ПЭ и окрестности Рио де Ж.

[alta_voce]

Стандартного юбилейного понаписано достаточно. А вот как было у меня.
Началось все, собственно, с Пугачевой.

Мама страшно ее не любила за вульгарность во всем: не только в облике, но и в репертуаре. И тут как раз подоспело интервью с Пугачевой, где та распространялась о собственной многоликости и умении угодить любым вкусам. Я, пятнадцати примерно лет, пересказываю маме: Пугачева, мол, поет одним легенькое, а другим, мол, Мандельштама. Мама презрительно отпарировала: " А кто сказал, что Мандельштам - эталон духовности?"

Это голос звучит у меня в ушах всю жизнь, обрекая на то или иное отступничество, ибо к консенсусу прийти невозможно. И речь здесь не только о Мандельштаме, хотя сказано было именно о нем. Была очень высокая планка, и у меня ушла жизнь, собственно, на то, чтобы забраться по другую ее сторону и убедиться в том, что мама была права.

Мандельштам - из тех, кто будит юных, но по-настоящему пробудившимся зрелым остается только ностальгировать, ибо на роль канона и мерила он все-таки не подходит. Шерри-бренди - напиток подростковый. Многие познания и неменьшие печали состоят не в том, чтобы канонизировать или не канонизировать (идеал, мол, недостижим), а в ясном ощущении крошечного промежутка, куда шла-шла асимптота да так и потерялась во мгле.

Не знаю, видит ли кто-нибудь это вместе со мной, да и не нужно такое видеть, ибо зрение это скорбное и внутреннее, как и профессиональное умение отличать народное волшебство от профессиональной магии. Это и написано для поэтов-магов, для поэтов-царей, а не для читателей. У читателей есть, что читать. Это не для них.

Можно в деталях разобрать вполне профессиональные провалы вкуса. Можно говорить о недостигнутых иерархиях. Тема, кстати, вполне развивается в рамках академической филологии, у которой меньше средств, чем у критики, ибо роль ее дескриптивна, и слово "плохо" в ней табуировано.

Но не все же скорбить. Когда пришел в дом наследник великого кота Эмиля, я колебалась: Паша Эмильевич или Ося Эмильевич. Первое имя было выбрано из соображений римского пуризма: Paulus Emilius.

Меж тем, в бразильском Петрополе умирают. Почему-то именно в эти дни.

Comments

[nandzed.livejournal.com]

Хотелось бы отметить некую обреченность и в глубине меня омерзительную мне ограниченность, когда возникают мысли о противоположении духовного чему-либо. Художников, ИМХО, надоабно ценить с точки зрения того, что в них есть, а не того, чего в них нет. В противном случае много можно высмотреть во многих:)... По мне так львиная доля всех великих художников была сущими детьми в отношении силы и глубины духа. Или же чем ее тогда мерить? Пушкин, бездарно протративший многое из своей жизни и так же ее закончивший (а написать об этом прямо осмелился один лишь философ Соловьев). Это что была - глубина русского духа?:))) Однако как-то иначе все промерено с тех пор. Чем меряем?

[alta-voce.livejournal.com]

Ну вот видите, у Вас и тезис, и антитезис. :-)

[nandzed.livejournal.com]

Хотя не могу не согласиться - важная тема. Мерить все равно придется.

Интересно еще и тем, что нынче много духовно зрелых людей среди поэтов, но не имеющих, по сути, что сказать. Да вокруг еще стаи "актуальных" поэтов, голосящих и истерикующих, больше на бесов походящих, да разных серых куняевых. А нет голоса высокого, закаленного и чистого. И, боюсь, ухо нынче грубо - одним важен сам факт письма "о высоком", и они совершенно не понимают бездарности написанного. Другим важно слово, но они стыдятся высоких истин, ибо их сознание опошлено, сбито с толку изначально.

[nandzed.livejournal.com]

Вот простой пример, как человек тонкого чувства в итоге пишет вот это:

жил человек и нОчи сле-
пок пел разно и блик
и --
локоть неба вдруг!

...легки
у человека дни
в горах пасутся облакА;
отвесных рек родник;

по гнутым посохам пере-
летает воробей
и сОлнца хором на заре
слетаются к тебе:

ктО
выберет лучше?

И я прекрасно понимаю, что он выдавлен из нормального стиля письма своей приверженностью к тонкому, но выдавлен! Это слабость! И слабость духа. Он не рискнул остаться и писать прямо, а вынужден царапать каких-то милых уродцев веточкой в пыли.

[alta-voce.livejournal.com]

Можно видеть и не рискнуть, но можно попросту не видеть, не слышать и не понимать, и все равно продолжать - когда бы веточкой.

Чей это опус, кстати?

[nandzed.livejournal.com]

Василий Бородин

[lukshina.livejournal.com]

На тот момент самого начала карьеры Пугачевой разглядеть в ней огромное говно, это было на самом деле не тривиально и сильно.
Я помню как кидались на всех кто лишь заподозрит в королеве хабалку.

[alta-voce.livejournal.com]

Вульгарность Пугачевой очевидна, а вот поди с лету разгляди вульгарность Мандельштама. Восприимчивым детям, чьи родители не читали Мандельштама, жить куда проще.